Наука для всех простыми словами

Самый лучший сайт c познавательной информацией.

Атлант плечи расправил.

14.07.2016 в 00:29

"Атлант", изданный Рэнд в 1957 году, представляет собой историю о том, как талантливые энергичные люди, на плечах которых держится общество, сталкиваются с противодействием со стороны бездарного большинства. Массы требуют устранения того, что они называют несправедливостью, а на деле требуют отказа от инициативы и частной собственности и перехода к плановой экономике, в которой все американские предприятия управляются из Вашингтона
. Рэнд описывает разрушительные последствия построения общества, в котором интересы народа и партии всегда важнее, чем ваши личные. В рабочем названии "Атланта" - "забастовка" ("The Strike") - была отражена главная идея Рэнд: подлинную забастовку могут устроить совсем не рабочие, требующие лучших условий труда, но предприниматели и ученые, от которых действительно зависит процветание общества. Без участия своих эгоистично настроенных лидеров вся общественная система не способна функционировать. С этим связан сюжет романа, рассказывающий об исходе "Лучших Людей" Америки в горы Колорадо, где находится "ущелье голта" - город, созданный выдающимся предпринимателем Джоном голтом. Поиски этой долины и пояснение того, кто такой Джон голт и в чем состоят его ценности, составляют ядро текста Рэнд.

"Атлант Плечи" - это роман воспитания Расправил. Прочитать в молодом возрасте Айн Рэнд - значит вдохновиться на попытку взять ответственность за собственную жизнь в свои руки, несмотря на противодействие общества, например родителей, социального окружения или учителей. Основной тезис Рэнд заключается в том, что, если вы не выбираете свой собственный путь и не будете делать того, к чему у вас есть талант, это обернется потерями как для вас лично, так и для общества в целом. Текст пропагандирует доверие к своему собственному опыту, мнению и разуму. Таким образом, если немного иронизировать, то читатели Айн Рэнд - это хипстеры, которым все говорили, что они не умеют фотографировать. Но они упорно продолжают покупать себе большие профессиональные объективы и ходить с ними по улицам. Неожиданно некоторые из них вдруг и правда стали профессиональными фотографами, изменили свою жизнь и тем самым изменили жизнь вокруг себя. Именно поэтому находятся люди вроде Алана гринспена, бывшего руководителя федеральной резервной системы США, которые проносят любовь к текстам Рэнд через всю жизнь. Для нынешних двадцатилетних ту же роль романа воспитания играет "Гарри Поттер", написанный, как ни странно, несравненно лучше.

Айн Рэнд до сих пор относительно непопулярна в России, по крайней мере у старших поколений. А 15 лет назад у нас почти ничего не знали о ней. На первый взгляд, это довольно странно, потому что в нашей стране с 1980-х годов или даже раньше в самиздате идет обширная дискуссия о "Потерянных Именах" - русских эмигрантах, писателях, философах, которые состоялись уже за рубежом и не издавались в Ссср. Среди них никогда не упоминалась Айн Рэнд - Алиса Розенбаум, получившая образование в петроградском университете, где она, например, посещала семинар философа Николая лосского.

Рэнд у нас вообще не ассоциируют с Россией - она считается американским автором, начинавшим в голливуде как сценарист. Теоретически можно представить себе альтернативный сценарий, в котором Рэнд включили в пантеон русских философов или писателей. При всем скепсисе к художественным достоинствам ее текста ее, наверное, можно было бы упоминать вместе с анархистом Михаилом Бакуниным, национал - большевиком Николаем устряловым или даже просто большевиком Владимиром Лениным. Не в том смысле, что они были похожи по своим убеждениям, но по той причине, что все они стали авторами радикальных политических идей, в разной степени влиятельных в современном обществе. В сущности это мог бы быть отличный бренд: единственный русский политический философ - женщина Алиса Розенбаум. На Западе это вполне нормальный ход - Рэнд упоминают среди политических мыслителей современности, а Крис скиабарра (Chris Sciabarra) издал книгу "Айн Рэнд: Русский Радикал".
Идеи борьбы с коллективизмом и агрессивными массами, конечно, напрямую связаны с опытом жизни Рэнд в постреволюционной России. Об этом рассказывает ее первая, автобиографическая повесть "Мы Живые" - про жизнь так называемых советских лишенцев (людей, пораженных в правах. Ее последующие тексты и, в частности, "Атлант" - это довольно прямолинейное отторжение советской России: нужно помнить, что с началом холодной войны коммунистическая угроза вообще стала одной из центральных тем в американской общественной жизни.

Поскольку в России Рэнд интересовались мало, влияние ее круга общения в Петрограде на формирование идей объективизма обсуждается не слишком активно - возможно, оно недооценено. Поэт и критик Алексей цветков еще в 2003 году утверждал в своей статье о Достоевском и Рэнд, что сколько-нибудь образованный человек, принадлежащий к русской культуре, легко узнает в объективизме Рэнд черты так называемого разумного эгоизма, который в 1860-е годы продвигали Чернышевский и Писарев. Идея разумного эгоизма заключается в том, что путь к построению разумного общества лежит через заботу о себе. Легко представить себе студенческие дискуссии об этом наследии русских революционеров XIX века в аудитории петроградского университета в 1921 году - тогда это была фронда, направленная против коммунального быта.

Самый комичный момент, пожалуй, связан с тем, что объективизм Рэнд - ее философское учение о разуме, которому доступна объективная истина, - сильно напоминает именно философию познания Ленина. "Материализм и Эмпириокритицизм" последнего изначально был направлен против австрийского философа - позитивиста Эрнста маха, утверждавшего, что все, что человек может знать, сводится к комплексу ощущений. В годы обучения Алисы Розенбаум в Петрограде этот трактат Ленина и его классические формулировки вроде "Материя Есть Объективная Реальность, Данная нам в Ощущении" были обязательным чтением для студентов. Философские взгляды Рэнд на реальность оказались весьма близки ленинским.

Айн Рэнд не нравилось, что либертарианцы используют ее идеи. Для нее либертарианство было ругательным термином, а носители этой идеологии - анархистами и религиозными фанатиками. Анархизм для Рэнд неприемлем, потому что он не в состоянии защитить человека от тирании: бежав из коммунистической России в США, вы не можете быть анархистом. Атеистке Рэнд не нравился и культурный консерватизм, увлечение религией, широко распространенное среди либертарианцев, для которых сочетание минимального государства и христианской веры было воплощением американской мечты.

Либертарианство и политическая теория Роберта нозикафилософ Кирилл Мартынов о государстве как источнике насилия, анархо - капитализме и добровольном контракте о рабстве.
При этом, если убрать эти два момента, либертарианство вполне сочетается с объективизмом, что бы там ни утверждала Рэнд. Просто либертарианцы, как правило, не занимают какой-то эпистемологической позиции - им все равно, существует ли объективная реальность и способен ли разум ее познавать или же наше знание чисто инструментально. Либертарианство - это политическая доктрина, не претендующая на создание систематических представлений о человеческом знании.
Как самым простым способом описать либертарианство? В том случае, если я либертарианец, я хочу жить в таком обществе, где все добровольные сделки разрешены и любое неспровоцированное насилие запрещено и находит противодействие. Это мир, придуманный за письменным столом: предполагается, что на этих двух правилах можно построить наилучшее общество. Весь контекст "Атланта" прекрасно сюда ложится. Роман Рэнд - это своего рода эмоциональный трамплин для либертарианца. Я могу прочитать "Атланта", понять, в каком обществе я хочу жить, и после этого прийти к либертарианству. Нынешнее общество устроено невыносимым образом, и нужно бежать в "Ущелье Голта" - туда, где процветает свобода, частная собственность и добровольные сделки.

Почему Рэнд не заняла свое место в пантеоне российских мыслителей, чьи имена возвращены на родину? Первый вариант заключается в том, что у постсоветских граждан был слишком хороший вкус, для того чтобы оценить Айн Рэнд. Мне кажется, что эта гипотеза не слишком убедительна: в России читают многих плохих писателей, и литературная слабость "Атланта" вряд ли могла стать препятствием.

Второе предположение связано с тем, что Рэнд оказалась для нас слишком радикальной, яростно антиколлективистской, отрицающей советское прошлое. Этот вариант тоже не кажется убедительным: в истории нашей страны был период, когда любая антисоветская литература продавалась на ура. Все, например, зачитывались "Ледоколом" Виктора Суворова и в целом искали любые альтернативы советским представлениям об обществе, истории и политике. Книги Айн Рэнд могли бы стать хитом в постсоветской России, но не стали.

Моя гипотеза состоит в том, что на Рэнд до последнего времени у нас не слишком обращали внимание, состоит в том, что она была слишком советской. "Атлант" по сути производственная драма (еще точнее под это определение подходит более ранний роман Рэнд "источник". Стилистически тексты Рэнд до степени смешения напоминают советские романы о подвиге трудящихся, которые при этом противостоят капиталистам, шпионам и кулакам (см., например, "Цемент" Федора Гладкова, "Журбины" Всеволода Кочетова и тому подобное. В конце таких романов честный комбайнер, разоблачивший врагов, мог произнести какую-нибудь программную речь - в точности, как это происходит со знаменитой речью Джона голта. Только у Рэнд, разумеется, протагонисты и антагонисты меняются местами - там, где у соцреалистов было сказано о пользе государства и коллективизма, нужно было написать о личной выгоде и разумном эгоизме. Колхоз заменялся на "Ущелье Голта".
Этот соцреализм со знаком минус, "Капиталистический Реализм" никого в России зацепить не смог, потому что все слишком устали от настоящего соцреализма. Ходульные персонажи Рэнд и ее Пафос не нашли своих поклонников в стране, которая только что от всего этого избавилась. Характерно, что появление книг Рэнд в магазинах, а ее имени в общественных дискуссиях в России совпало с взрослением поколения, которое в Ссср не жило. Нынешним 20-30-летним капиталистический реализм отличной штукой показался.
Кто героями современной культуры является? Какое-то время назад ими скорее были голливудские актеры или известные спортсмены. Сейчас, естественно, и те и другие тоже сохраняют свой статус, но первым примером для подражания считаются уже не они. Главный герой нашего времени - это технопредприниматель, изобретатель и инвестор. Их имена известны: Стив джобс, Илон маск, Ларри Пейдж. Тексты Айн Рэнд оказали существенное влияние на наше восприятие таких людей. Это те самые титаны, на плечах которых держится мир, - фигура предпринимателя - лидера, гениального одиночки становится ключевым сюжетом современного мифа.

Во всем мире сейчас начинается новая волна индустриальной революции: умные программы заменяют людей на их рабочих местах. Половина рабочих мест в США будет автоматизирована и сокращена в течение ближайших десяти лет. Во главе этого движения идут те самые герои - предприниматели, изобретения которых принесут им миллиарды долларов и одновременно лишат работы миллионы людей - представителей "Масс". Рэнд может оказаться настольной книгой для тех, кто не хочет сомневаться, что мы все сделаем правильно, если не предложим людям, потерявшим работу, какую-то компенсацию.